Погода -10oC
$334.89
361.61
5.28=
Опубликовано: Вт, Мар 24th, 2015

Как Россия, готовящаяся отпраздновать 70-летие Победы, может превратиться в фашистское государство

«Чтобы вождь реализовал свое стремление к власти, массы должны отречься от себя и подчиниться»
Великий гуманист – о том, как страна может превратиться в фашистское государство

 

фромм   «Неприятие нацизма в наших генах и в нашей крови», – на днях молвил президент Путин. Выдающийся мыслитель, гуманист Эрих Фромм поправил бы его: бегство от личной свободы, приводящее к нацизму, характерно не только для немцев первой половины прошлого столетия, а для любого человека в любой стране (в демократической тоже) и в любые времена. «Если на свободу нападают во имя антифашизма, то угроза не становится меньше, чем при нападении во имя самого фашизма», – считал Фромм.

Так было всегда: одни преодолевают страх перед индивидуальной ответственностью и исполняют свое предназначение, как они его чувствуют и видят, другие – особенно в период экономического упадка или накануне войн – избавляются от гнетущей их свободы, перекладывают ответственность за свою судьбу на «эпоху», «бога», «вождя», «государство», «партию», «нацию» и т.д. «Все, что может индивид, – это «пойти в ногу», как марширующий солдат или рабочий у конвейерной ленты. Он может действовать, но чувство независимости и собственной значимости он потерял», – продолжает Фромм. Тут-то и начинается нацизм (фашизм, сталинизм и иные «измы»), когда общественная и личная жизнь массы людей попадает в подчинение бесконтрольной власти небольшой кучки правителей.

«Управляй нами – ведь ты самый лучший, самый умный, опытный, самый сильный», – просит мазохист (отдельный человек и общество в целом), ища защиты, уверенности и гордости, которую находит «в своей причастности к той силе, к которой может себя причислить» (Фромм). «Я управляю вами потому, что лучше вас знаю, что для вас лучше; в ваших собственных интересах повиноваться мне беспрекословно», «Я столь необыкновенная и уникальная личность, что вправе рассчитывать на подчинение других», «Я сделал для вас так много, что теперь вправе брать от вас все, что хочу», – отвечает правитель-садист, избавляя мазохиста от мучительной для него необходимости принятий решений. Они не могут друг без друга, мазохист и садист.

 

фром1

Эрих Фромм: «Когда фашизм пришел к власти, люди в большинстве своем не были к этому готовы»

Вопреки мнению президента, от универсальной угрозы несвободы, тоталитаризма не застраховано и российское общество. Более того, с нашей точки зрения, сегодня достаточно условий для того, чтобы оно сползло к фашизму: беднея, оно наливается злобой, милитаризируется (позор для страны-освободительницы: ее лидер уже притронулся к «ядерной дубине»), определены внутренние и внешние «враги». Доносы, обыски, аресты, показательные суды и даже политические убийства стали обыденностью. Осталось, чтобы разразилась экономическая или военная катастрофа, и появится «фюрер», который перехватит власть у нынешних плутократов, и повседневностью станут внесудебные «тройки», расстрельные списки и лагеря для «врагов народа».

Не верите? В Германии 1930-х тоже немногие верили. «Когда фашизм пришел к власти, люди в большинстве своем не были к этому готовы. Ни теоретически, ни практически. Они были не в состоянии поверить, что человек может проявить такую предрасположенность к злу, такую жажду власти, пренебрежение к правам слабых – и такое стремление к подчинению. Лишь немногие слышали клокотание вулкана перед извержением», – напоминает Эрих Фромм.

18 марта исполнилось 35 лет со дня его смерти, а 23 марта – 115-летний день его рождения. Мы воспользовались этими формальными поводами, чтобы процитировать главу «Психология нацизма» из знаменитого труда Фромма «Бегство от свободы», увидевшего свет в знаковом 1941 году. Она о том, как Россия, готовящаяся отпраздновать 70-летие Победы, может превратиться в фашистское государство.

 

«Почему нацистская идеология оказалась столь привлекательной для низов среднего класса?»

После прихода Гитлера к власти лояльность большинства населения нацистскому правительству была усилена добавочным стимулом: миллионы людей стали отождествлять правительство Гитлера с «Германией». В его руках была теперь государственная власть, и потому борьба с ним означала самоисключение из сообщества всех немцев; когда все другие партии были распущены и нацистская партия «стала» Германией, оппозиция этой партии стала равнозначна оппозиции Германии. Наверно, для среднего человека нет ничего тяжелее, чем чувствовать себя одиноким, не принадлежащим ни к какой большой группе, с которой он может себя отождествить. Гражданин Германии, как бы ни был он чужд принципам нацизма, должен был выбирать между одиночеством и чувством единства с Германией, и большинство выбрало единство. Во многих случаях люди, не имеющие ничего общего с нацизмом, защищают нацизм от критики иностранцев, потому что расценивают ее как нападки на Германию… Из этого следует важнейшая аксиома политической пропаганды: любые нападки на Германию как таковую, любая пропаганда, порочащая «немцев» (вроде клички «гунны» в период прошлой (Первой мировой. – Прим. ред.) войны), только усиливают лояльность тех, кто еще не вполне отождествляет себя с нацистской системой…

 

фром2

«Миллионы людей стали отождествлять правительство Гитлера с «Германией»

Нацистская идеология – дух слепого повиновения вождю, ненависть к расовым и политическим меньшинствам, жажда завоевания и господства, возвеличение немецкого народа и «нордической расы» – имела огромную эмоциональную притягательность [для низших слоев среднего класса – мелких лавочников, ремесленников, служащих]. Именно это покорило их, превратило в пылких приверженцев нацизма и борцов за его дело. Почему же нацистская идеология оказалась столь привлекательной для низов среднего класса?..

В период перед германской революцией 1918 года экономическое положение нижних слоев старого среднего класса – мелких предпринимателей и ремесленников – было достаточно плачевно, но оно не было безнадежно, и существовало много факторов, которые их поддерживали. Авторитет монархии был непререкаем; опираясь на нее и отождествляя себя с нею, представитель низов среднего класса приобретал чувство уверенности и нарциссической гордости. Столь же прочно держался еще авторитет религии и традиционной морали. Семья была еще незыблемым оплотом, надежным убежищем во враждебном мире. Индивид ощущал свою принадлежность к устойчивой общественной и культурной системе, где у него было собственное место. Его мазохистские наклонности в достаточной мере удовлетворялись подчинением существующим авторитетам, но он не доходил до крайнего самоотречения и сохранял сознание собственной значимости. Если индивиду не доставало уверенности или агрессивности, то сила авторитетов, которым он подчинялся, это компенсировала. Короче говоря, его экономическое положение было еще достаточно прочным, чтобы дать ему чувство довольства собой; авторитеты же, на которые он опирался, были достаточно сильны, чтобы обеспечить ему дополнительную уверенность, если не хватало собственной.

В послевоенный период ситуация резко изменилась. Прежде всего экономический упадок старого среднего класса пошел быстрее. Этот процесс был ускорен инфляцией, которая к 1923 году почти полностью поглотила все сбережения, накопленные многолетним трудом… Но кроме этих экономических причин, были еще и психологические, усугубившие положение. Первая из них – поражение в войне и падение монархии. Монархия и государство были в свое время незыблемой основой, на которой строилась в психологическом смысле вся жизнь мелкого буржуа; их падение разрушило эту основу. Если публично высмеивают Кайзера, если нападают на офицеров, если государству пришлось сменить форму правления и допустить «красных агитаторов» на должности министров, а какого-то шорника сделать президентом (имеется в виду Фридрих Эберт, первый президент Веймарской республики, возникшей после Первой мировой войны на осколках Германской империи. – Прим. ред.), то во что остается верить маленькому человеку? Прежде он отождествлял себя со всеми этими институтами, как унтер-офицер отождествляет себя с армией; но теперь, когда их больше нет, куда ему податься?.. Инфляция тоже сыграла не только экономическую, но и психологическую роль. Она нанесла смертельный удар принципу бережливости и престижу государства… Если государство может нарушить свои обязательства, напечатанные на его банковских билетах, то кому же тогда верить?

 

фром3

«Все, что может индивид, — это «пойти в ногу». Чувство независимости и собственной значимости он потерял»

После войны резко упал не только экономический уровень среднего класса, но и его социальный престиж. Перед войной представитель этого класса ощущал, что он все-таки не рабочий, он все-таки «кто-то». После революции социальный престиж рабочего класса значительно вырос, и соответственно изменился взгляд на средний класс. Теперь его представителям не на кого было смотреть сверху вниз; исчезла эта привилегия, которая всегда была одной из главных радостей в жизни мелких лавочников и тому подобной публики.

В довершение всех этих бед пошатнулся и последний оплот уверенности среднего класса – семья. Крушение прежних символов власти и авторитета – монархии и государства – отразилось и на личных символах авторитета, то есть на родителях. Родители требовали от молодежи почтения к тем авторитетам, но раз они оказались несостоятельны, то и родители потеряли престиж и власть… И кроме того, экономический упадок среднего класса отнял у родителей традиционную роль гарантов будущности их детей… В послевоенные годы упал авторитет отца, вся мораль среднего класса отвергалась молодежью. Молодое поколение поступало по-своему и не заботилось больше о том, одобряют его поведение родители или нет… А вернувшиеся с войны считали, что они заслужили лучшую участь, нежели та, что осталась на их долю. Особенно это относилось к массе молодых офицеров, которые за несколько лет привыкли командовать и ощущали власть как нечто естественное; они не могли примириться с положением мелких служащих или коммивояжеров…

 

«Нацизм заботливо опекал интересы наиболее мощных групп германской промышленности»

Можно напомнить, какую роль сыграли в становлении нацизма представители крупного капитала и полуразорившегося юнкерства (дворяне, землевладельцы. – Прим. ред.)… Имущие классы столкнулись с парламентом, в котором 40% депутатов – социалистов и коммунистов – представляли слои населения, недовольные существующей социальной системой; возраставшее число нацистских депутатов тоже представляло класс, находившийся в резкой оппозиции наиболее могущественным кругам германского капитализма. Такой парламент, в большинстве своем представлявший тенденции, направленные против их экономических интересов, казался им опасным. Они говорили, что демократия не работает. На самом деле можно было сказать, что демократия работает слишком хорошо: парламент достаточно адекватно представлял соответствующие интересы различных классов населения страны, и как раз поэтому парламентская система стала несовместимой с интересами крупных промышленников и полуфеодальных землевладельцев, не хотевших терять свои привилегии.

фром4

«В Гитлере сочетались черты возмущенного и озлобленного мелкого буржуа и черты ренегата, готового служить интересам германских промышленников и юнкеров»

Привилегированные классы рассчитывали, что нацизм направит угрожавший им эмоциональный заряд в другое русло и в то же время поставит нацию на службу их собственным экономическим интересам. В целом их ожидания оправдались, хотя они и ошиблись в некоторых деталях. Гитлер и его бюрократия не стали таким орудием, которым круппы и тиссены могли бы командовать как хотели; им пришлось разделить свою власть с нацистской бюрократией, а в ряде случаев и подчиниться ей. Однако нацизм, принесший экономический ущерб всем остальным классам, заботливо опекал интересы наиболее мощных групп германской промышленности. Нацистская система – это «усовершенствованный» вариант довоенного германского империализма; нацисты продолжают дело павшей монархии.

Средний класс был в панике, он был преисполнен стремлением подчиниться обнадеживающей силе и в то же время встать над кем-то бессильным и бесправным. Эти чувства были использованы другим классом для установления режима, который должен был действовать в его собственных интересах. Гитлер оказался столь эффективным орудием потому, что в нем сочетались черты возмущенного и озлобленного мелкого буржуа, с которым низы среднего класса могли себя отождествлять эмоционально и социально, и черты ренегата, готового служить интересам германских промышленников и юнкеров.

«Массы хотят победы сильного и уничтожения слабого»

В «Майн кампф» Гитлер неоднократно демонстрирует свое садистское стремление к власти. Оно характерно и для его отношения к немецкому народу, который он презирает и «любит» типично по-садистски, и для его отношения к политическим противникам, против которых направлены его разрушительные наклонности, составляющие существенную долю его садизма. Вот что он пишет об удовлетворении, которое доставляет массам господство: «Чего они хотят – это победа сильного и уничтожение или безоговорочная капитуляция слабого», «Как женщина, которая предпочтет подчиниться сильному мужчине, а не господствовать над слабосильным, так же и массы любят повелителя больше, чем просителя, и внутренне их гораздо больше удовлетворяет доктрина, не допускающая никакого соперника, чем благодеяния либеральной свободы; часто они не знают, что делать с этой свободой, и чувствуют себя покинутыми. Они не осознают ни наглости, с которой их духовно терроризируют, ни оскорбительного ограничения их человеческих свобод, потому что им никогда не приходит в голову, как их обманывает эта доктрина».

фром5

«Массы любят повелителя больше, чем просителя; часто они не знают, что делать со свободой, и чувствуют себя покинутыми»

Подавление воли слушателей превосходящей силой оратора он считает существенным фактором пропаганды. Он даже не стесняется признать, что физическая усталость его аудитории – это наиболее желательное условие, способствующее их внушаемости. Рассуждая о том, в какое время дня лучше проводить массовые политические митинги, он говорит: «По-видимому, утром и даже в течение дня человеческая воля более энергично восстает против попыток подчинить ее воле и мнению другого человека. Но вечером она легче уступает превосходящей силе более твердой воли. Ведь, по сути дела, каждый такой митинг представляет собой схватку двух противоположных сил. Высший ораторский дар господствующей апостольской натуры легче обратит к новой воле людей, у которых естественным образом ослабела сила сопротивления, чем людей, еще вполне обладающих своей психической энергией и силой воли».

Сам Гитлер прекрасно осознает условия, порождающие стремление к подчинению, и замечательно описывает состояние человека, присутствующего на массовом митинге: «Массовые митинги необходимы хотя бы потому, что индивид, который становится приверженцем нового движения, ощущает свое одиночество и легко поддается страху, оставаясь наедине; на митинге же он впервые видит зрелище большого сообщества, нечто такое, что большинству людей прибавляет силы и бодрости… Если он впервые вышел из своей маленькой мастерской или из большого предприятия, где он чувствует себя очень маленьким, и попал на массовый митинг, где его окружают тысячи и тысячи людей с теми же убеждениями… то он сам поддается магическому влиянию того, что называется массовым внушением»…

Последняя рационализация его [Гитлера] садизма – будто бы он защищается от нападения других – многократно встречается в писаниях Гитлера. Он сам и немецкий народ всегда невинны, а их враги – звери и садисты. Значительная часть этой пропаганды состоит из преднамеренной, сознательной лжи, но отчасти ей присуща та же «искренность», какая характерна для параноидных обвинений. Эти обвинения всегда имеют функцию защиты от разоблачения собственного садизма обвинителя; они строятся по формуле: это у тебя садистские намерения, значит, я не виноват. У Гитлера этот защитный механизм иррационален до крайности, поскольку он обвиняет своих противников в том же самом, что откровенно признает своей собственной целью… Те же обвинения выдвигаются против французов. Он обвиняет их в желании задушить и обессилить Германию – и это используется как аргумент, доказывающий необходимость покончить со «стремлением французов к гегемонии в Европе», но в то же время он признает, что на месте Клемансо (премьер-министр Франции, один из «архитекторов» унизительного для Германии Версальского мирного договора. – Прим. ред.) действовал бы точно так же.

фром6

«Если индивид, который чувствует себя очень маленьким, попал на массовый митинг, где его окружают тысячи людей с теми же убеждениями, он поддается магическому влиянию массового внушения»

Любовь к сильным и ненависть к слабым, столь типичные для садистско-мазохистской личности, объясняют множество политических актов Гитлера и его сторонников. Республиканское правительство надеялось «умиротворить» нацистов своей терпимостью, но именно этим отсутствием силы и твердости увеличивало их ненависть. Гитлер ненавидел Веймарскую республику, потому что она была слаба; он восхищался промышленными и военными руководителями, потому что у тех была власть и сила. Он никогда не вступал в борьбу с установившейся сильной властью и нападал лишь на те группы, которые считал беззащитными. «Революция» Гитлера – как и «революция» Муссолини – происходила под защитой реально существовавшей власти, а их излюбленными противниками были те, кто не мог за себя постоять. Можно даже предположить, что отношение Гитлера к Великобритании тоже было обусловлено, среди прочего, этим психологическим комплексом. Пока он считал Англию сильной, он любил ее и восхищался ею. Когда же убедился в слабости британской позиции – во время Мюнхена (имеется в виду Мюнхенское соглашение 1938 года, развязавшее Гитлеру руки в агрессии на Восток. – Прим. ред.) и после него – его любовь превратилась в ненависть и стремление сокрушить Англию. С этой точки зрения «умиротворение» было политикой, которая должна была возбудить именно враждебность, а не миролюбие.

«Народ приручают наслаждаться властью над другими народами»

Геббельс оценивает массы в том же духе. «Люди хотят только одного: чтобы ими прилично управляли», – пишет он в своем романе «Михаэль». Массы для него «не больше чем камень для скульптора. Вождь и массы – это не бОльшая проблема, чем художник и краски». В другой книге Геббельс точно описывает зависимость садиста от его объекта: каким слабым и опустошенным он чувствует себя, если не имеет власти над кем-либо, и как эта власть дает ему новую силу. Вот признание Геббельса в том, что происходит с ним самим: «Иногда впадаешь в глубокую депрессию. Ее можно преодолеть, лишь снова очутившись перед массами. Люди – источник нашей силы»… Мазохистские наклонности можно обнаружить и у самого Гитлера. Высшие силы, перед которыми он склоняется, – это Бог, Судьба, Необходимость, История и Природа. В действительности все эти слова означают для него одно и то же: символ подавляющей силы».

В первую очередь наслаждаются властью «вожди», но и массы отнюдь не лишены садистского удовлетворения. Расовые и политические меньшинства в Германии, а затем и другие народы, которые объявляются слабыми или загнивающими, – это те объекты садизма, которые «скармливаются» массам. Гитлер и его бюрократия наслаждаются властью над немецким народом, и в то же время они приучают этот народ наслаждаться властью над другими народами и стремиться к мировому господству…

фром7

«Была создана иерархия, в которой каждый имел кого-то над собой, кому он должен был повиноваться, и кого-то под собой, над кем ощущал свою власть»

Но низы среднего класса были удовлетворены не только идеологией. Политическая практика реализовала обещания идеологии: была создана иерархия, в которой каждый имел кого-то над собой, кому он должен был повиноваться, и кого-то под собой, над кем ощущал свою власть. Человек на самом верху – вождь – имел над собой Судьбу, Историю или Природу, то есть некую высшую силу, в которой мог раствориться… А сотни тысяч мелких буржуа, которые при нормальном ходе событий имели очень мало шансов разбогатеть или добиться власти, в качестве членов нацистской бюрократии получили большой ломоть богатства и престижа, поскольку заставили высшие классы разделить с ними этот «пирог». Другие, не вошедшие в нацистский аппарат, получили работу, отнятую у евреев и политических противников, а остальные – хотя у них не прибавилось хлеба – приобрели «зрелища». Они получили эмоциональное удовлетворение от этих садистских спектаклей и от идеологии, наполнившей их чувством превосходства над остальным человечеством; и это удовлетворение может – хотя бы на время – компенсировать тот факт, что их жизнь стала беднее и в экономическом, и в культурном смысле.

«Индивид должен признать личную ничтожность и раствориться в высшей силе»

До сих пор мы говорили о садистской стороне гитлеровской идеологии. Однако, как мы видели при обсуждении авторитарного характера, в нем есть и мазохистская сторона, то есть должно присутствовать и стремление подчиниться подавляющей силе, уничтожить свое «я», и это стремление мы действительно обнаруживаем. Эта мазохистская сторона нацистской идеологии и практики наиболее очевидна в отношении масс. Им повторяют снова и снова: индивид – ничто, он не имеет значения; он должен признать свою личную ничтожность, должен раствориться в высшей силе и ощущать гордость от своего участия в ней. Гитлер ясно выражает эту мысль в своем определении идеализма: «Только идеализм приводит людей к добровольному признанию прерогатив принуждающей силы и тем самым превращает их в пылинки мирового порядка, образующего и формирующего вселенную»…

Самоотречение индивида – сведение его к пылинке, атому – влечет за собой, согласно Гитлеру, отказ от всякого права на личное мнение, личные интересы, личное счастье. Такой отказ составляет сущность политической организации, в которой «индивид отказывается представлять свое личное мнение и свои интересы…». Конечная цель изображается так: «В народном государстве народное мировоззрение должно в конечном итоге привести к той благородной эре, когда люди будут видеть свою задачу не в улучшении породы собак, лошадей и кошек, а в возвышении самого человечества; эру, когда один будет сознательно и молчаливо отрекаться, а другой – радостно отдавать и жертвовать».

фром8

«Расовые и политические меньшинства в Германии, а затем и другие народы, которые объявляются слабыми или загнивающими, — это те объекты садизма, которые «скармливаются» массам»

Эта фраза звучит несколько странно. После характеристики одного типа индивидов, который «сознательно и молчаливо отрекается», можно было бы ожидать, что появится характеристика противоположного типа – того, кто руководит, берет на себя ответственность или что-нибудь в этом роде. Но вместо этого Гитлер снова характеризует этот «другой» тип как способный к самопожертвованию. Трудно уловить разницу между «молчаливо отрекается» и «радостно жертвует».

Гитлер прекрасно сознает, что его философия самоотречения и жертвенности предназначена для тех, кого экономическое положение лишает всякой возможности счастья. Ему не нужен такой общественный строй, где каждому было бы доступно личное счастье; он хочет эксплуатировать саму бедность масс, чтобы заставить их уверовать в его проповедь самопожертвования. Он совершенно открыто заявляет: «Мы обращаемся к огромной армии людей, которые так бедны, что их личное существование отнюдь не является наивысшим в мире богатством…». Вся эта проповедь самопожертвования имеет вполне очевидную цель: чтобы вождь и «элита» могли реализовать свое стремление к власти, массы должны отречься от себя и подчиниться.

 

«Знак»

14 комментариев
  1. Tamara:

    от универсальной угрозы несвободы, тоталитаризма не застраховано и российское общество. Более того, с нашей точки зрения, сегодня достаточно условий для того, чтобы оно сползло к фашизму: беднея, оно наливается злобой, милитаризируется (позор для страны-освободительницы: ее лидер уже притронулся к «ядерной дубине»), определены внутренние и внешние «враги». Доносы, обыски, аресты, показательные суды и даже политические убийства стали обыденностью. Осталось, чтобы разразилась экономическая или военная катастрофа, и появится «фюрер», который перехватит власть у нынешних плутократов, и повседневностью станут внесудебные «тройки», расстрельные списки и лагеря для «врагов народа».

    Не верите? В Германии 1930-х тоже немногие верили. «Когда фашизм пришел к власти, люди в большинстве своем не были к этому готовы. Ни теоретически, ни практически. Они были не в состоянии поверить, что человек может проявить такую предрасположенность к злу, такую жажду власти, пренебрежение к правам слабых – и такое стремление к подчинению. Лишь немногие слышали клокотание вулкана перед извержением», – напоминает Эрих Фромм.

    +1
    -17
  2. Любое общество можно подвести под эту теорию.То что сейчас творится в России,это война в мировом масштабе,её в очередной раз хотят захапать,но о чудо,нашелся человек,сумевший её защитить!
    РС не лейте помои,завидуйте молча!

    +15
    -1
  3. Макс:

    Все эти селигеры и крымнаши-это митинги, консолидирующие мазохистов.

    +1
    -14
  4. Nick:

    Полностью согласен, есть большая опасность, угроза того, что эта страна станет нацистской республикой.
    Более того, один из политических обозревателей РК предсказал, что если вдруг в Казахстане будет смена власти, то новая власть придет к этому с помощью националистической агитации, поскольку доля казахов увеличилось со времен независимости и ими будет легко манипулировать, выкрикивая лозунги националистического характера. Поэтому сейчас не надо противостоять власти, и ждать смены президента, ему удается держать всех в мире. Иначе нас может настигнуть такая же участь…
    А для соседей, хочу лишь сказать, чем больше они будут агитировать нацизм, тем больше нацистов будут появляться у нас. Это все как цепная реакция.

    0
    -15
    • Tamara:

      Бедность населения с ее страхом элементарно не выжить, когда вся жизнь людей от ее начала и до конца сведена лишь к тому, чтобы прокормиться, и авторитарная власть с ее поклонением вождю и циничной и лживой пропагандой приводят к фашизму. Людей теми или иными способами заставляют отказываться от своей свободы и своих прав. Истинные ценности подменяются фальшивыми, приводящими к войне.

      0
      -15
    • Казахстанец:

      Национализм в Казахстане — это не ответ на национализм в России. Казахи в России не воспринимаются там так как там относятся к узбекам или таджикам.Потому что казахи экономически более обеспечены чем даже россияни. А исток национализма в России это больная убеждённость что гасторбайтеры и кавказцы отнимают у коренных рабочие места и право на будущее в своей стране. Национализм в Казахстане это прежде всего результат самодеятельности некоторых независимых СМИ и нескольких неадекватных общественных деятелей. При этом некоторые из них даже понятия не имеют что именно к нему ведут тех, кто верит им, считая независимыми, правдивыми. Но его и вправду смогут использовать в будущем, во время смены власти в момент клановой борьбы. Казахов 70% в стране, но все мы прекрасно знаем что не все эти 70% являются националистически ориентированными. От силу 40%. Просто народ живёт плохо, ему надо указать тех кто якобы в этом виновник, ясное дело что нынешние чиновники которые сейчас воруют и мечтают возглавить кормушку после нынешнего главы государства не покажут на себя, а всех людей мыслить и анализировать политическую обстановку в стране и обществе не научишь.

      0
      0
  5. Tramp:

    Семьдесят лет Советы победили фашизм, а сейчас консолидируеться против этого же

    0
    -15
  6. Saydala:

    Жесть! Уму непостижимо. В РФ могут посадить продавщицу с рынка за шпионаж «о передвижении российских военных».
    «Верховный суд России признал законным приговор жительнице Сочи Екатерине Харебава
    Ее приговорили к шести годам лишения свободы по делу о шпионаже в пользу Грузии. По версии следствия, Харебава рассказала знакомому из Грузии о передвижении российских военных перед грузино-абхазским конфликтом в 2008 году. Адвокат Леонид Ерченко рассказал «Интерфаксу», что его подзащитная не имеет отношения ни к военной, ни к государственной службе. Она работала продавцом на рынке в Сочи и у нее есть дети. Харебава находится под стражей с 2013 года.»
    http://www.echo.msk.ru/news/1517366-echo.html

    0
    -15
  7. Saydala:

    Ладно бы Верховный суд сбрендил, что видит в каждой торговке на рынке «опасного военного шпиона», но ведь и граждане не отстают, «тоже не лыком шиты».
    Например, вот что пишут граждане-патрыоты в адрес бедной женщины, уличенной, не мало, не много, аж в военном шпионаже: «ее приютили, имела работу,кусок хлеба, а она в шпионки записалась. поделом».
    Ну что сказать. Во истину, «умом Россию не понять»…

    0
    -14
  8. Абай:

    Да что вы рассказываете ватникам о Гитлере! Им нравится Гитлер в глубине душе им такой лидер и нужен был всегда, а сейчас они открыто поддерживают русский мир! Они всю жизнь с ума сходили по Сталину, а теперь он у них есть! Только все это закончилось уже, слишком слабый ваш лидер и уже загнулся.

    0
    -1
    • NVP:

      Абай, своими комментариями, напомнил мне маленькую собачку, которую целый день продержали дома, а затем выпустили на улицу (сайт). От радости, она, задрав лапку, пометила каждый кустик (статью) и обтявкала всех, попавшихся по пути (ватники, гоблины, слюной из рта, ватноящик), а также порадовавшись, что, оказывается, она принадлежит к обыкновенным дворняжкам, а не породистым собакам, с чувством выполненного долга (опорожненного мочевого пузыря), отправилась домой.

      +2
      0

Оставьте комментарий

Вы ввели: 0 из 2 000 символов.

x
2016-12-08
Утром-10 ℃
Днем-10 ℃
Вечером-10 ℃
Ночью-10 ℃
Влажность84 %
ДавлениеhPa 1018.26
Скорость ветра4.82 м/с
2016-12-09
Утром-8.21 ℃
Днем-5.02 ℃
Вечером-4.89 ℃
Ночью-6.68 ℃
Влажность91 %
ДавлениеhPa 1010.71
Скорость ветра3.46 м/с