Погода +7oC
$335.24=
395.82=
5.82=
Опубликовано: Ср, Фев 17th, 2016

В Шымкенте раскручивается дело против правозащитников

17 февраля в алматинском пресс-центре Бюро по правам человека адвокат Гульнара Жуаспаева и руководитель движения ипотечников «Оставим народу жилье» Есенбек Уктешбаев поделились подробностями неизвестного широкой публике дела, которое прекрасно вписывается в череду последних атак со стороны государства на гражданских активистов по всей стране. 

Движение «Защитим свой дом» было создано в октябре 2011 года, когда на волне кризиса по всей стране банки через суды стали выселять людей из ипотечного жилья с просроченной оплатой. Вместе с другими подобными объединениями, в первую очередь, алматинским «Оставим народу жилье» — шымкентские активисты продемонстрировали свою «боеспособность», не допустив выселения более десятка семей и участвуя в координированных акциях в Алматы и Астане.

 

 

 

Однако 13 декабря 2015 года Кыздыгой Ажаркулова была взята под стражу и доставлена в шымкентский СИЗО после того, как сразу семь человек в 9.00 утра подали на нее заявления, обвинив в мошенничестве. Сразу после ареста Кыздыгой Ажаркулова воспользовалась своим право хранить молчание, а ее интересы взялась представлять известный алматинский адвокат Гульнара Жуаспаева. Но специфика проведения расследования «по-шымкентски» вынудила защитника самой искать защиты у СМИ.

Адвокат прибыла в Шымкент 18 декабря, и по ее словам, «следователь меня сразу как-то хотел поставить на место, что сейчас ему некогда». Тем не менее, Гульнар Жуаспаевой удалось добиться возможности ознакомиться с постановлением, где она обнаружила, что семь заявителей, якобы являвшихся членами движения «Защитим свой дом», обвинили Ажаркулову в том, что она не смогла им оказать «юридические услуги» — вытащить заложенную недвижимость, закрыть кредиты, собрав при этом деньги. По мнению обратившихся, указавших в заявлениях, что они заплатили от 45 тысяч до 300 тысяч тенге, такие действия являются мошенничеством.

После встречи с Кыздыгой в СИЗО выяснилось, что из тех семерых только трое были членами движения и то непродолжительное время, как сообщила сама арестованная. Правоустанавливающие документы  — Устав и протоколы общественного объединения прямо говорят: членство в организации добровольное, при вступлении оплачиваются вступительные взносы, также предусмотрены ежемесячные взносы и есть пункт, что предусмотрены дополнительные расходы на проведение мероприятий и акций (отметим, что организация существовала по принципу самофинансирования).

 

 

Адвокат Жуаспаева обращает внимание на то, что организация документировала все членские взносы, но, не имея своего офиса, хранила всю документацию у члена своего объединения, который не так давно сам был задержан по делу о банковском мошенничестве. Вместе с арестом весь архив объединения был изъят следствием (по их версии, 11 коробок, хотя Кыздыгой говорит о большем количестве).

Только вот до сих пор адвокат не может ознакомиться ни с протоколом изъятия, ни с описью изъятого и даже не может получить ответ: у кого находятся эти бумаги, если они существуют в природе. При том, что есть указание прокурора области выдать адвокату эти документы. Когда дело дошло до суда по жалобе адвоката на бездействие органов уголовного преследования, следователь сослался на нехватку времени, чтобы сделать всю опись. Правда, тут же он парировал требованием к адвокату выдать ему журнал регистрации членов организации и уплаты членских взносов, оказавшихся у Жуаспаевой. В своем решении суд обязал защитника Ажаркуловой выдать журнал следствию (это решение обжалуется в областном суде), отказав к требованиям к следователю, так как тот вроде согласился предоставить документы добровольно (но «воз и ныне там»).

Если раньше, когда адвокат приглашалась следователем на следственные действия, та, бросая все, приезжала из Алматы в Шымкент, только чтобы узнать, что следователь а) на совещании, 2) занят, 3) не берет трубку — (нужное подчеркнуть), то во время следующего приезда алматинского защитника следователь оказался на месте.

— Захожу в кабинет следователя, сходу ведется видеосъемка, — рассказывает Гульнара Жуаспаева. – С ходу следователь говорит: «Мы проводим следственные действия в отношении адвоката, получите постановление о выемке, выдайте мне журнал (учета)!».

Адвокат напомнила следователю о существовании Уголовно-процессуального кодекса: «Прежде чем проводить следственные действия, по УПК требуется, чтобы вы мне разъяснили права, дали возможность заявить ходатайства и заявления. Вы мне это разъяснили? Тогда я вам делаю замечание и заявляю письменное ходатайство, пожалуйста, примите его и уже тогда дальше будем следственные действия проводить».

По всей видимости (и также предполагает адвокат), в Шымкенте уже давно забыли, как ведутся процессуальные действия, и такая непокладистость со стороны адвоката оказалась для них в диковинку. Тем более, после последовавших с ее стороны жалоб и ходатайств.

Пригрозив адвокату написанием рапорта и отстранением от дела, переведя ее в статус свидетеля, следователь продолжил кипятиться: «Вы воспрепятствуете следствию, вы прячете улики!» — поведала Жуаспаева, добавляя: «И хорошо, видеосъемка велась. Это доказательство того, что в отношении меня идут уже угрозы».

Она согласилась отдать недостающий документ, но только после заявления ходатайства и приобщения журнала к материалам дела. Но теперь следователь встал в позу: ему чем-то не приглянулся журнал, что послужило основанием для нового потока обвинений в адрес адвоката – на этот раз в фальсификации документа. Откуда следователю знать, как должен выглядеть журнал, он не пояснил. Вместо этого позвонил прокурору, и тот, видимо, убедил принять как есть и отправить на экспертизу, запечатав в конверт.

— Я так понимаю: следствие у них в тупике.  Ажаркулову закрыть  закрыли, но никаких доказательств у них нету, кроме заявлений этих потерпевших, — высказывает адвокат свое предположение относительно того, почему следствие ведется как попало, причем, вполне осознанно.

Заявления об отводе следователя начальнику следственного управления и прокурору последовали незамедлительно. Но прошла неделя, а оба ведомства все еще «поймали тишину».

И еще момент: зачем вообще понадобилось возбуждать дело на Ажаркулову? Адвокат рассказывает, что из семи заявителей четверо оказались людьми, связанными с некоей Раушан Байтен, осужденной за банковское мошенничество уже по заявлению участников «Защитим свой дом», в том числе Ажаркуловой. Причем, по тому делу сотрудник задействованного банка чудесным образом вышел сухим из воды. Но осадок мог остаться, тем более, что дело еще не закрыто.

После поданных заявлений следователь вместе с начальником следственного управления вызвали ключевого свидетеля защиты – К., и со слов Жуаспаевой, надавили на нее, требуя дать показания уже против адвоката.

— Я не знаю содержания этого допроса, но я поняла: следователю нужно любыми путями отстранить меня от этого уголовного дела. Это самое малое. Но я думаю, у них планы большие, — делится своими тревогами адвокат.

Есенбек Уктешбаев – представитель республиканского движения «Оставим народу жилье»,  дал свою характеристику Кыздыгой:

 

 

— Действительно, этот человек заслуживает уважение. За годы ее деятельности благодаря в основном ее усилиям, ее настойчивости были возвращены 16-ти семьям дома, из которых они были выселены.

Кроме того, как рассказал Е.Уктешбаев, Кыздыгой Ажаркулова участвовала во всех инициативах, связанных с проблемными ипотечниками – это работа с депутатами, вклад в некоторые изменения в законодательство, встречи с местными исполнительными властями, представителями Нацбанка.

Но что же касается последнего витка преследования шымкентского активиста, то, по мнению представителя ОНЖ, ее деятельность не выходила за рамки документов как самого объединения, так и Закона об общественных объединениях. К тому же, другие организации ипотечников работают так же, выживая благодаря только членским взносам.

— Мы считали, что дело не стоит выеденного яйца и скоро закроется и из-за этого не стали подымать шума, — поясняет Уктешбаев. Почему о деле Ажаркуловой по сути стало известно только теперь? – Сейчас уже действительно нас это стало беспокоить, когда появились основания полагать, что со стороны следователя есть какая-то заинтересованность в исходе этого дела.

К тому же, по информации адвоката Жуаспаевой, следствие проводит «работу» и среди других членов объединения, чтобы подкрепить доказательную базу и другими заявлениями.

— Я имею такое же право собирать доказательства для защиты, и я представлю эти доказательства тогда, когда Ажаркулова будет давать показания в главном судебном разбирательстве, — озвучивает Гульмира Жуаспаева свои намерения.

В Казахстане работа адвокатов все чаще наталкивается на препятствия со стороны органов следствия или руководства закрытых учреждений. После того как в стране не осталось политической оппозиции, в жестких рамках работают несколько сохранившихся независимых СМИ, с помощью 174-ой статьи зачищают критически настроенных отдельных гражданских активистов, есть опасения, что адвокаты, особенно не боящиеся участвовать в политических процессах или в тех делах, где ответчиком и обидчиком выступает государство, могут быть также причислены к «врагам государства» и станут следующей мишенью.

 

Андрей ГРИШИН

Один комментарий
  1. real desperado says:

    менты и прокуроры ,решили сами в этом деле «подзаработать».давно известно ,как шимские менты отрабатывают заказ.

    0
    0

Оставьте комментарий

Вы ввели: 0 из 2 000 символов.

x
2017-10-20
Утром7 ℃
Днем7 ℃
Вечером2.51 ℃
Ночью-2.51 ℃
Влажность65 %
ДавлениеhPa 1023.49
Скорость ветра4.71 м/с
2017-10-21
Утром0.47 ℃
Днем6.59 ℃
Вечером3.51 ℃
Ночью-2.35 ℃
Влажность67 %
ДавлениеhPa 1024.53
Скорость ветра3.15 м/с