«Куратор из МВД»: суд по делу Эльмиры Еркебаевой в ЗКО вскрыл скрытые следствием подробности полицейской операции
«Сотрудник МВД РК курировал наши действия» — начальник УБОП ЗКО дал показания в суде по уголовному делу о заказном убийстве. Вчера, 29 июля в специализированном межрайонном уголовном суде продолжилось повторное судебное разбирательство в уголовном деле по обвинению Эльвиры ЕРКЕБАЕВОЙ в несостоявшемся заказном убийстве ее бывшего мужа Ербола ЕРКЕБАЕВА.
Напомним, суд идет по этому уголовному делу без малого один год. На скамье подсудимых, кроме 41-летней Эльвиры Еркебаевой, находится 34-летний Максим КУЗНЕЦОВ. Обвиняемые содержатся в следственном изоляторе уже полтора года.
В мае этого года, судья после пятой отмены прений сторон по делу, поддерживает ходатайство прокурора и освобождает от участия в процессе трёх присяжных. После этого был распущен весь состав присяжных и набран новый. И разбирательство по делу началось заново.
Председательствующая судья по делу остаётся прежней — Динара ГИЛЬМАНОВА. Обвиняемых защищают адвокаты Еркебаевой – Тамара САРСЕНОВА и Сая УТЕПОВ, адвокат Максима Кузнецова – Самат АБУЕВ.
Сторона потерпевшего Ербола Еркебаева, как и он сам, в судебном разбирательстве не участвует. Ербол Еркебаев суду заявил, что не считает себя потерпевшим и к бывшей супруге претензий не имеет.
Прокурор в судебном процессе тоже сменился, вместо Дины ИЗТЕЛЕУОВОЙ стал участвовать Досбол ЖУБАНОВ.
Во вторник 29 июля в суде допросили свидетеля — Каната МУХТАРОВА, начальника отдела УБОП ДП ЗКО.
К слову, начальник УБОП на первом судебном процессе почти на все вопросы адвокатов обвиняемых отвечал — «не помню».
В этот раз Канат Мухтаров отвечал на вопросы более подробно, а вместо фразы – «Не помню», стал произносить уклончивое – «возможно» или «может быть».
Прокурор попросил Каната Мухтарова рассказать, когда ему стало известно о готовящемся преступлении, какие меры им были приняты.
— 19 февраля этого года к нам в управление обратился гражданин Галиев и сообщил, что житель города Аксай по имени Максим хочет нанять его для совершения убийства. После этого нами было возбуждено уголовное дело. Мы установили личность Максима Кузнецова. На следующий день после регистрации уголовного дела Галиев поехал в Аксай на встречу с Кузнецовым. Кузнецов ожидал исполнителя на съемной квартире, там же находилась и заказчица – Эльвира Еркебаева. На квартире Кузнецов выдал Галиеву 500 тысяч тенге для приобретения оружия. В тот же день мы вместе с Галиевым вернулись в Уральск для передачи ему учебного пистолета. В этот же день Галиев был опрошен по новым обстоятельствам дела, затем мы вновь вернулись в Аксай, где Галиев опять встретился с Кузнецовым и Еркебаевой. Во время встречи они обсудили план преступления, — сообщил Канат Мухтаров.
Следом начал задавать вопросы свидетелю адвокат Саи Утепов. Отвечая ему, Канат Мухтаров сообщил, что действия сотрудников УБОП в ЗКО во время имитации “убийства” Ербола Еркебаева курировал сотрудник центрального аппарата МВД. Однако в уголовном деле этот сотрудник центрального аппарата МВД не упомянут следствием ни одним словом. А он, судя по аудиозаписям, является куратором не только сотрудником УБОП ДП в ЗКО, но и Галиева — заявителя и главного свидетеля.
-Информация о готовящемся покушении была передана из министерства непосредственно кураторами нашему руководству, — сказал Канат Мухтаров.
— Кто именно звонил из МВД, вы знаете? — спросил Сая Утепов
-Связывались мы с кураторами, сами звонили им, — ответил свидетель.
-Назовите имена, фамилии этих сотрудников.
-Фамилию не знаю, но имя одного — Азамат, сотрудник подразделения МВД, реально существующий человек, — ответил Канат Мухтаров.
-Скажите, гражданин Галиев, заявитель и основной свидетель по делу работает на сотрудников полиции? У него есть какой-то псевдоним? И ещё — вам известно, получал ли Галиев за информацию о готовящемся преступлении вознаграждение?
-Нет, на сотрудников полиции он не работает. О вознаграждении мне не известно, лично мною никакого вознаграждения ему не выдавалось.
-Получается все свои расходы, связанные с подготовкой к покушению, он оплачивал сам?
-Насколько я знаю, получается, что сам, — ответил Мухтаров.
-Взамен за своё обращение Галиев что-то просил? – спросил Утепов.
-Ну…, лично у меня он ничего не спрашивал.
Адвокат Сая Утепов спросил у Мухтарова, кто координировал действия Галиева — что ему делать, как себя вести, на какие темы разговаривать с подсудимыми. Он объяснил, что из записи разговоров Галиева с Еркебаевой и Кузнецовым следует, что Галиев был активным участником разговоров, инициатором, он задавал много вопросов и играл направляющую роль, это показала экспертиза.
-С Галиевым мною был проведен инструктаж. Я ему объяснил, что делать, если во время встречи на квартире к ним придёт ещё кто-то, и как-то сможет раскрыть его намерения. Вопросы, которые задавал Галиев, мы с ним не обсуждали. Я говорил, чтобы он вёл себя естественно, играл свою роль, и ему поверили, — сказал Канат Мухтаров.
Адвокат Тамара Сарсенова спросила у Каната Мухтарова, сообщал ли ему Галиев при первой встрече, 19 февраля, о том, что сначала речь идет только о приобретении пистолета? И вообще, когда к вам обратился Галиев, вы проверяли этого человека по своим базам данных граждан? — сказала она.
— Когда мы его проверяли, то видели, что он ранее судим, — ответил Мухтаров.
-Известно ли вам, что Галиев провёл в местах лишения свободы свыше 12 лет? — Тамара Сарсенова в этот момент обратилась не только к Мухтарову, но и присяжным заседателям. Было заметно, что слова адвоката у многих из них вызвали удивление.
— Галиев был признан судом опасным рецидивистом, неоднократно привлекался к административной ответственности, и все преступления, за которые он сидел, были связаны с насильственными преступлениями против граждан. С заявлением на Еркебаеву и Кузнецова он обратился в полицию спустя три месяца после своего освобождения из мест заключения, — отметила Сарсенова.
Она спросила у Мухтарова — проверялись ли ими личности обвиняемых?
-Да, мы их проверяли, ни Еркебаева, ни Кузнецов закон не нарушали, ни к уголовной, ни к административной ответственности не привлекались, — ответил Мухтаров.
-Вам раньше было известно что-то по личности потерпевшего Еркебаева? — продолжила допрос адвокат.
-Да, я слышал о нём раньше.
-Галиеву был раньше известен Еркебаев, который, по оперативным данным и по материалам дела, являлся криминальным авторитетом, был судим за хулиганство, имел кличку «Черный Ербол» и лишился ног в результате чьей-то мести, когда ему прострелили коленные чашечки на обеих ногах? Вам известны эти факты?
-Эти подробности о потерпевшем стали известны после первой встречи исполнителя с заказчиком. После этого и мы узнали об этом.
-Вы знали, что потерпевшему Еркебаеву было выписано четыре защитных предписания сотрудниками Бурлинского отдела полиции? Вы знали о том, что потерпевший третировал свою жену? Что Еркебаева страдала от действий своего мужа?
-Возможно, в базе имеются такие сведения. О ситуации Еркебаевой я узнал со слов Галиева, когда он давал показания после их первой встречи.
-Почему за шесть дней, пока шла подготовка к имитации преступлению, вы не сообщали об этом Еркебаеву? Не отобрали у него заявление? Почему сотрудники спецназа ворвались к Еркебаеву в пять утра, используя ключ, полученный от Галиева, нарушая нормы закона о неприкосновенности жилища? Почему забрали его в районный отдел полиции, зная, что с ним находится ребенок 12 лет? Почему были применены все эти действия к нему, если он считался потерпевшим?
-Кто находился с Еркебаевым, кто врывался, потом отвозил в РОВД, я не знаю, я был на задержании Кузнецова. Что происходило в спортзале, где находился Еркебаев, мне неизвестно, кто давал указания врываться к Еркебаеву, мне тоже неизвестно. О том, что там был ребенок, мне тоже было неизвестно, — ответил Канат Мухтаров.
Адвокат Кузнецова Самат Абуев спросил у Мухтарова, в каких он сам лично участвовал следственных действиях с 19 по 26 февраля прошлого года?
-Я находился в Аксае, сопровождал исполнителя. Был в одной из трёх групп, которые непосредственно участвовали в задержании подсудимых и имитации убийства. Группы между собой не контактировали. Я принимал участие в задержании Кузнецова. Ещё одна группа задерживала в Уральске Еркебаеву, и в Аксае выезжала в спорткомплекс. Все действия сотрудников происходили одновременно, — рассказал начальник УБОП.
Адвокат Сая Утепов спросил Каната Мухтарова, чем объяснил Галиев свое желание заявить о якобы готовящемся убийстве?
-Он просто выполнял свой гражданский долг, — ответил Мухтаров.
-Это Галиев вам так сказал?
-Нет, напрямую он этого не сказал, но дал понять. Я вообще думаю, что человек решил сделать благое дело — спасти жизнь человека, — заявил Мухтаров.
Один из присяжных- мужчина в возрасте около 60 лет, среагировал на эти слова Мухтарова – покачал головой.
В конце допроса Канат Мухтаров неожиданно обратился к судье с просьбой позволить ему дополнить свой последний ответ. Судья разрешила.
Мухтаров сообщил участникам процесса, что хотел бы, чтобы в СМИ “нормально” опубликовали его последнюю речь. Видимо, следуя правилу, что запоминаются только последние слова, он сказал следующее:
— Как только к нам поступила информация о готовящемся преступлении, мы действовали исключительно в рамках закона. Всеми нами руководило только одно – спасение жизни человека, неважно, кто это будет, — черный Ербол или белый. В тоже время я являюсь семьянином и не поощряю домашнего насилия. Мы не можем закрыться от человека, если он обращается с тем, чтобы выполнить свой гражданский долг, только потому, что он ранее был судим, — сказал он.
Напомним, Эльвира Еркебаева на протяжении многих лет много раз обращалась за помощью в полицию, прося спасти ей и детей от насилия бывшего мужа. Эти факты подтвердил ряд свидетелей в ходе судебного процесса.
Мария ДРАЧЁВА
Читайте также:
