Заработала на бирже и пошла в атаку на брокера: новые детали в деле КазТАГ и Freedom Finance

Публичная кампания против Freedom Finance, начавшаяся с заявлений о «мошенничестве» и «пропавших деньгах», оказалась куда менее однозначной, чем это выглядело со стороны.

Kursiv не так давно опубликовал комментарии адвоката Freedom Finance Александра Камендровского об обвинениях Жанны Каппаровой, которая, к слову, заработала на фондовом рынке вопреки своим публичным утверждениям о потерях.

Жанна Каппарова давно обвиняет Freedom Finance в мошенничестве, и выступает она от имени своей матери-пенсионерки и группы инвесторов, активно используя для этого площадку агентства КазТАГ. Суть обвинений —  что «деньги не выводились на американский рынок, а у компании якобы нет прав на работу», то есть лицензии. Любопытно, что при всей резкости публичных заявлений вопросов у Жанны Каппаровой к собственному брокерскому счету не оказалось — он принес ей прибыль.

При этом за рамками громких обвинений остается важная деталь: доступ к торговому счету Каппарова передала третьему лицу добровольно. Несколько лет она сотрудничала с бывшим сотрудником Freedom Finance Темирланом Бековым. На момент их совместной работы он уже не имел отношения к холдингу, однако Каппарова продолжила взаимодействие с ним в частном порядке.

Логин и пароль от личного кабинета в торговой системе были переданы Бекову самостоятельно. За «доверительное управление» Каппарова выплачивала ему 20% прибыли наличными. На первом этапе такая схема ее устраивала – доходность была положительной, счет рос.

Ситуация изменилась позже, когда на фоне рыночных колебаний портфель начал показывать убытки. Именно после этого, как утверждает защита Freedom Finance, в публичном пространстве появились заявления о том, что деньги инвесторов якобы не выводились на американский рынок, а сама компания не имела права заниматься подобной деятельностью.

Параллельно Жанна Каппарова начала активно представлять для КазТАГ интересы других «пострадавших» инвесторов — уже в рамках истории с еще одним бывшим менеджером Freedom Finance Виталием Световым. Он, как установлено следствием, убеждал клиентов переводить средства напрямую на свои личные счета, вводя в заблуждение не только инвесторов, но и руководство компании. Полученные деньги использовались им в личных целях.

В январе 2025 года Freedom Finance инициировал уголовное дело против Светового и признан по нему потерпевшей стороной. Тем не менее, в ряде публикаций агентства КазТАГ утверждалось, что компания якобы сделала это «для имитации расследования». Всего с апреля по декабрь прошлого года КазТАГ выпустило почти 200 публикаций, наносящих вред репутации Freedom Finance.

Что касается Светового, он был задержан еще в начале 2025 года, следственные действия продолжаются. Но публичная риторика в адрес Freedom Finance не изменилась – обвинения через публикации в КазТАге продолжают звучать, даже после официальных разъяснений компании по ситуациям с Бековым и Световым.

Комментируя происходящее, адвокат Александр Камендровский напомнил, что распространение заведомо недостоверной информации через СМИ и интернет может повлечь как административную, так и уголовную ответственность, особенно в случаях, когда речь идет о групповых действиях и существенном ущербе.

Ранее свою позицию по конфликту обозначал и глава Freedom Holding Corp. Тимур Турлов. «Люди имеют право на оценочные суждения. Но они не имеют права заявлять о фактах, которые не соответствуют действительности. Это уже клевета», – заявил Турлов, подчеркнув, что в таких случаях компания будет защищать свою репутацию в правовом поле.

Попытки урегулировать конфликт с КазТАГ без участия правоохранительных органов результата не дали. Летом 2025 года Freedom Finance подал заявление в полицию. За этим последовали расследование, обыски и задержание в декабре главного редактора КазТАГ Амира Касенова. В настоящее время он находится под домашним арестом.

Расследование, по всей видимости, близится к завершению, стороны ожидают передачи материалов в суд. Именно там, вероятно, и будет поставлена точка в этом затянувшемся конфликте — с четким ответом на вопрос, где проходит граница между свободой слова и ответственностью за распространение недостоверной информации.